4 - 10 ЯНВАРЯ 1999 ГОДА
События в Англии набирают обороты, Пожиратели смерти ищут тех, кто виновен в гибели чистокровных волшебников, в то время как Орден Феникса пытается освободить больницу Святого Мунго от магов с метками, дабы вернуть спокойствие в Лондон. Ученикам же предстоит подготовиться к грядущим экзаменам, встретить Рождество и не поддаваться унынию… читать далее
В игру требуются: Нортон Мальсибер, Захария Смит, Яксли, Ханна Эббот, Лиза Турпин, Селвин, студенты рейвенкло и хаффлпаффа, Андромеда Тонкс, члены Ордена Феникса

Hogwarts and the Game with the Death

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Hogwarts and the Game with the Death » Магический Лондон » Семейные встречи


Семейные встречи

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

1. Временной промежуток
26 декабря 1998 / Дом Кастелли
2. Имена всех участников
Elodie Kastelli, Scabior
3. Описание/текст квеста
И волк может соскучиться по дому. Или решить, что пора уже взять кое-что свое. Скабиор, оказавшись в доме, который некогда принадлежал и ему в том числе, встречает нынешнего жильца. Родственница, которая уже успела мелькнуть перед его глазами, может хоть позабавить его этим вечером.

+1

2

Она никогда не любила оставаться дома одна. Это огромное поместье с детства пугало ее, каменные стены и вечно темные помещения не создавали уюта и ощущения безопасности, только холод и желание поскорей укрыться в своей комнате, светлой и уютной, будто вовсе не принадлежащей этому дому. Сегодняшний день Элоди собиралась провести именно в этой комнате, наедине с собой и собственными тяжелыми мыслями, которые не покидали ее голову с тех пор, как она выбралась из плена кровожадного родственника.
Кроме того, разговора и боли, которую он ей причинил, Элоди слишком сильно запомнила разговор с отцом, что состоялся при встрече с родителями. Они знали, что ее похитили оборотни, но даже представить не могли, что один из них носит фамилию Костелли. Казалось, брат-оборотень всегда был для ее отца больной темой, тем, что нельзя вспоминать и обсуждать, но вдруг тот сам дал о себе знать, изрядно помучив единственную племянницу. И самое ужасное – это страх того, что дочь заразили. Увидев Элоди в плачевном состоянии, первое, о чем спросил мужчина – не стала ли его дочь после той встречи оборотнем, его не интересовало ее здоровье, он не спросил, как она себя чувствует, лишь забота о том, чтобы единственный отпрысок не опозорил их семью так, как когда-то сделал брат. Это зацепило ее до глубины души, заставило все выходные просидеть в комнате, минимально разговаривая с родителями. Где-то в глубине души она затаила глубокую обиду, вдруг почувствовав, что стань она оборотнем, с ней поступят так же, как когда-то поступили с Лиамом.
Отец узнал, что брат теперь владеет медальоном, и в любой момент может оказаться в их доме, но не стал ничего предпринимать. Новую защиту дома он просто не выстроит, да и вечная самоуверенность подсказала ему, что свой дом он сумеет защитить от незваных гостей. Элоди показалось, что так полагать весьма глупо, и что отец просто не знает, на что способен его брат, особенно ради мести. Но ее не слушали, она же «слишком маленькая и глупая, чтобы указывать, как ему поступать».
В этот день родители с самого утра уехали к друзьям семьи, оставив дочь одну. Они угораривали Элоди поехать с ними, но та отказалась, во-первых, там двое маленьких детей, которые измотают ее настолько, что придется два дня отсыпаться, а во-вторых, не было ни малейшего настроения выходить куда-то. А вообще, ей хотелось в Хогвартс. Казалось, школа намного старше их дома, больше, там иногда тоже бывает холодно и темно от тяжелых каменных стен, но там хорошо, в любое время года, там прекрасно, уютно, увы, лучше, чем дома.
Откинув ведьмовской роман, который Элоди начала читать от скуки, девушка поднялась с кровати, обувшись в тёплые мягкие тапочки, спустилась в кухню. Хотелось безумно есть. Проигнорировав запеченное мясо, Кастелли достала кусочек торта, и начала медленно есть, рассматривая все то, что происходит за окном. Было уже темно, последние тусклые лучики солнца еще немного освещали улицу, но пройдет еще минут пять, и все вокруг охватит темнота. Вдруг, девушка увидела непонятную тень, быстро скользнувшую у кустов. Элоди чуть тортом не подавилась от того, как резко ее одолел страх, она стразу же подумала, что пришел Скабиор, он ведь собирался. А ей не верили, говорили, что не посмеет, что не сможет. Схватив волшебную палочку и сжав ее с такой силой, что скоро в порошок сотрет, девушка поднялась со стула и медленно подошла к окну, всматриваясь в то, что происходит на улице.
Мысленно уговорив себя успокоится, девушка решила выглянуть на улицу и убедится, что это просто разыгравшееся воображение, не более того. Собравшись с силами и попытавшись унять дрожь во всем теле, Кастелли открыла дверь и ступила мягкими домашними тапочками на каменную дорожку, ведущую ко входной двери. Медленно, шаг за шагом, и с палочкой наготове, девушка направилась к тому кусту, где недавно видела тень.

+1

3

Не так просто выстроить свою собственную судьбу, когда кто-то вмешивается. Когда-то он был Лиамом Кастелли, волшебником из чистокровного рода, но после укуса оборотня, его жизнь изменилась. Это событие отнюдь не отрицательное, он обрел свою семью, в то время как никчемные кровные родственники его выбросили. Этого он, теперь уже Скабиор, никогда не простит. Жизнь волка его прельщала, он наслаждался свободой, тем, что у него нет никаких рамок, нет крыши и стен, сжимающих и ограничивающих. Мужчина теперь жил полной жизнью, а не был вторым, после брата, мерзкого и гадкого настолько, что ему стыдно было вспоминать о тех днях, когда они еще были семьей. Человек его брат гнилой, никчемный, легко выгнал брата, которому на тот момент требовалась помощь, пришел сам. И привел свою семью к статусу предателей крови. Испортил все созданное родителями. Да, Лиаму повезло, он может получить все что хочет, и сделать это самостоятельно. Только брат одного не учел. И это, глупая, маленькая доченька, легко отдавшая медальон. Кастелли не был глупцом, он сделал все, чтобы теперь предмет мог храниться у него. Небольшие, не сложные магические приемы в виде щитовых чар, и теперь никто не отберет у него то, что необходимо для достижения целей. Оборотень покинул лагерь, направился все проверить, перед тем как они сюда придут всей компанией. Он с радостью вспорет живот сначала брату, потом на его же органах повесит его супругу и дочь. Пусть все умирают в мучениях, на радость Лиама. Мужчина собирался развлечься, и чтобы веселье продолжалось не коротких промежуток времени, а чтобы он успел устать даже от криков и писков. Кастелли знал, что если убьет брата, сам станет главой семьи, и единственным распорядителем имущества. Этого его нельзя лишить, нет такого закона в Магической Британии, по которому оборотничество является преступление по своему принципу. Нет, став оборотнем, его не могут ничего лишить, не лишили же пресловутого Блэка, ставшего владельцем состояния Блэков. Только Лиаму ничего не нужно для личного пользования, он мог бы, через инстанции привлечь к ответу своих родственников, но это не его методы. Он лучше заставит их страдать, изуродует их жизнь, что сами не захотят продолжать эти игры. Кастелли настроен был решительно, но пока и выжидал. Наверняка соплячка уже все рассказала своему отцу, они могут уехать, но в этом случае, его брат и сам понимает, кем прослывет. Трусом, собственно, и без того это звание к нему прилипло, так что никогда от него не избавиться. Где был особняк, где когда-то он и сам жил, мужчина знал очень хорошо. Ноги привели его сами, только на лице, разве что, появился оскал ненависти. Он даже не предвкушал ничего, это просто халупа, от былого величия их рода ничего не осталось, сказывался статус предателей крови, и это допустил не он. Родители точно не гордились бы ими, а насколько мужчина помнил, взгляды их предков были близки к Пожирателям смерти. Кто знает, быть может, Лиам и стал бы обладателем метки, если бы его обошло оборотничество, только если можно было бы выбрать, то Лиам стал бы волком. Эта жизнь не может сравниться ни с чем, и особенно если принять свою сущность. Он теперь не раб своей особенности, достигнута гармония, и именно по этой причине, Темный Лорд когда-то сумел понять, насколько важны оборотни, но поручал им лишь грязную работу. Маг, сменивший его, ничем не лучше. Теперь волки делали все самостоятельно, было и полезное соглашение, но пока не так все было хорошо, как им было обещано. Мужчина не верил аврорам, они видели помощь и поддержку, но было мало, недостаточно для жизни стаи. Лиам собирался подстраховаться. Он легко оказался на территории, делал свое дело зачарованный медальон. Двор изменился, и не только посаженными деревьями и цветами, но тут еще и мелкая особь женского пола была. Скабиор шел по траве, не слышно шагая, и скрылся, стоило только девчонке направиться в его сторону. Она могла его заметить, но Кастелли по этому поводу не переживал. Оказываясь позади нее, перешагивая с ветки на ветку высокого дерева, мужчина хмыкнул, теперь спускаясь, так, чтобы девушка наверняка услышала. Как он спрыгнул.
- Признаться, здесь стало паршиво. Родители твои совершенно лишены вкуса, - да, ему было противно от того, что он видел. Все ненастоящее, противное какое-то, это даже не природа, а так, жалкая попытка сделать красоту из живых растений. Оборотень в этом толк знал, он видел много разных лесов, и как волк. Был един с природой, и здесь было ужасно. Шаг в сторону племянницы, звериный оскал. Он решил посмотреть, как быстро она начнет отступать, а затем и убегать, сверкая пятками.

+2

4

«Бери попу в руки и убегай» - говорил здравый рассудок перепуганной девушке, которая медленно, на негнущихся ногах подходила к кустарникам. В голове у нее творилось что-то непонятное, ясно одно - мозгов там точно не было, раз Элоди решилась на столь глупый поступок. Хорошо, что палочку прихватила, а то на каникулах она уж очень часто покоится на прикроватной тумбочке, правда, с ее знаниями в ЗОТИ от этой палочки большее, чем «экспелиармус» или «ступефай» ждать нельзя. А с тем, как она по глупости бежит в объятия опасности, Кастелли вполне могла прийти и без волшебной палочки, а потом останется разве что как маггловский мальчишка спасаться – махать кулаками в любом направлении и надеяться, что попадет.
«А еще над блондинками смеешься, поговаривая, что они тупые, а сама…» - не затыкался голос ни на секунду, и так нагнетая до ужаса страшную и напряженную ситуацию. В этом виноват ее отец. Во всем. Во-первых, если бы не его ужасно эгоистичное поведение и пренебрежение братом в тот момент, когда ему больше всего была нужна поддержка, то Лиам бы не хотел повесить кишки всех носителей фамилии Кастелли на люстру. Во-вторых он часто терроризировал свою дочь-трусишку, заставлял ее смотреть в лицо страху, заглядывать ночью под кровать, что бы убедиться, что монстра там нет, идти в темноте по длинному коридору, что бы понять, что никто ее не схватит. А Элоди боялась этот дом, темнота в нем казалась густой и беспросветной, и до жути пугающей, но ее не понимали, говорили, что дом является их основной защитой. И что из этого всего вышло? Эли с ужасом в душе идет туда, где видит опасность, чтобы убедится, что ее нет. Но в этот раз такой фокус не сработал, и в темном запущенном саду вполне вероятно ее ждет смерть от руки родственника. И дом ничем не сможет ей помочь.
Иногда жертва замирает от оцепенения и ужаса, сковывающего все внутри. Так случилось и с Элоди, она слышала, как Лиам прыгал с ветки на ветку, и не могла пошевелиться, уставившись стеклянными глазами куда-то вдаль. Хотелось орать, бежать и плакать. Но она стояла, даже не дыша, лишь, когда тот мягко приземлился на землю она едва заметно вздрогнула и повернулась. Дрожащей рукой Элоди направила на него волшебную палочку, не особо веря в то, что это ей поможет.
- Не думала, что ты увлекаешься ландшафтным дизайном, - выпалила шатенка, больше для того, чтобы показать себе, что она не слабая трусиха. Как же она любит обманываться сама себя, как будто это хоть когда-то помогало.
Он шагнул к Элоди и оскалился, от чего девушка подпрыгнула на месте и вскрикнула. Она сделала несколько шагов назад, и чуть ли не влезла в кустарники, лишь бы оказаться как можно дальше от «любимого» дядюшки.
- Ты зря пришел, их нет дома, - Элоди наивно полагала, раз Лиам тогда не убил ее, значит и сейчас не станет это делать.

+1

5

Для Скабиора все приобрело новый смысл. Он стал наполовину животным, зверем, у которого на первом месте инстинкты и потребности, только потом он может думать о безопасности кого-то, или о том, что может оказаться важным в определенный момент времени. Лиам Кастели хоть и помнил себя, но все равно, считал себя Скабиором. Он придумал это имя, когда его семья решила, что оборотень это позор. Его просто выгнали, от него избавились, и теперь мужчина собирался отомстить каждому, кто имеет к этому отношение. Ведь так просто, просто размазать своих родственничков, они слабы и ничтожны. А как оказалось, брат еще и глуп. Оставил поместье без защиты, хотя родовое поместье он все равно может посетить теперь, имея амулет. По праву крови, по большому счету, Лиам итак мог бы попробовать появиться здесь, но не хотел лишний раз рисковать собой, от него зависела стая, и ему было о ком заботиться. Позволить себе ошибку, просто поддаться эмоциям было бы с его стороны не тем, что требуется для стаи. Поэтому Кастели присматривался, в некотором роде, осторожничал. Он мог бы заявить о своих правах, отобрать у брата все, имеет ведь право, но что проще. Убить его, и выбросить на улицу его семью, как поступили с ним. В детстве, они не были особенно близки, но все равно, после укуса оборотня, мужчина не ждал, что его просто вычеркнут из семьи, и приведут род к статусу предателей. Нет, оборотню все равно, жаль только родителей, которые совершенно другое им рассказывали. Брат потерял многое, включая поместья, проявив лояльность н к той стороне общества, это его кара, но слишком малая, как полагал Лиам. Должно быть хуже, намного хуже. Кровная связь ничего не значит, он хочет их всех убить, и ему никто не помешает, особенно теперь. Девчонка сама попала в его руки, так, быть может, Кастели не стал бы ее трогать. Теперь же нет, он делает все, чтобы нанести удар по брату. Скабиор ждал давно, теперь мог развлечься и показать что бывает, если злить зверя. Человек, даже волшебник, отнюдь не вершила мира, и уж явно не высшая сила.
- Природа, девочка, это не ландшафтный дизайн, но видимо, тебе не рассказали об этом родители, - он фыркнул, ему было противно видеть, во что превратилось поместье, и окружающая обстановка. Все словно ненастоящее, противное, вычурное, но все же тень, былого величая.
- А ты думаешь, тебя мне будет мало? – он рассмеялся, клацнув зубами, пристально смотря на малышку. Она не интересная цель, но ему нравится чувствовать страх, и ведь он, как животное, может жить на этом азарте. Придется показать юной особе, что он не собирается играть в игры.
- Ты ведь не думала, что я уйду, когда это узнаю? – мужчина снова начал смеяться, - Значит, ты глупа, - теперь он говорил, растягивая слова, играя, обходя рейвенкловку. Только ему быстро надоело, он знал, как проходит превращение. А приняв сущность, для него полнолуние не было необходимостью для осуществления перехода. Теперь будет весело, больше чем весело. Его тело менялось быстро, трещала по швам одежда, и он все это время смеялся, но потом зарычал, опускаясь теперь на четыре лапы и пригибаясь к земле, готовясь к атаке. Только все еще ему хотелось почуять больше страха. Интересно, чтобы сделал его брат, укуси он его доченьку. Это можно проверить, но пока Кастели только сделал несколько прыжков, оцарапав когтями кожу племянницы. Это не опасно для нее, в плане превращения в оборотня, но явно заставит испытать боль. Он снова пригнулся, рычал тихо, приглушенно, но с явной злобой. Он может с ней расправиться, должен, и поэтому делает прыжок, собираясь повалить соплячку на землю, и просто разорвать ее в клочья.

+1

6

Сердце тяжело стучалось о грудную клетку, напоминая Элоди, что она, по крайней мере жива, пока. В очередной раз девушка укорила себя в том, что с такой легкостью рассталась с амулетом и практически подписала смертный приговор всему своему роду. Из-за страха и паники мысли в голове роились отрывочные и в большей степени бесполезные.  «В доме ведь никого нет, да? Одна против оборотня, волшебно… Надо выиграть время… Я уже отдала медальон, Мерлин, зачем?! Чем теперь его заинтересовать? Я даже не могу потянуть время…» - чувствуя, что тонет в собственных рассуждениях, лихорадочно думала Кастелли, пропуская мимо ушей колкость о незнание различий в природе и дизайне, а так же стараясь не обращать внимания на мурашки, бегающие по всему телу.
-Я уверена в этом. Зачем я тебе сейчас? Отца нет дома, матери тоже. Неужели вы удовлетворитесь только тем, что обмотаете какую-то комнату моими внутренностями, а потом устроитесь в этом антураже и будешь их ждать? Вам ведь будет скучно – пятясь спиной от своего собеседника, пытаясь как можно спокойнее говорить, выдавила Элоди. При упоминании о потрошение, у неё в животе свернулся тугой комок и к горлу поступила тошнота. «Спокойно, Элоди. Пусть чувствует твой страх, но не теряй самообладание. Покажешь ему спину и ты покойник» - делая глубокий вздох и очередной шажок от дяди, напутствовала сама себе девушка.
Следующие события заставили оцепенеть девушку. Оборотень ясно озвучил, что не собирается покидать дом, даже, если его брата сейчас нет и начал сменятся. Кастелли даже не знала что её больше пугало, смех или метаморфоз, происходящий в это же время. Всего несколько мгновений и вместо человека появился зверь. Элоди закричала, если бы смертельный ужас не сковывал её горло. Она даже не заметила, когда оборотень сделал рывок, и только через несколько секунд почувствовал боль и увидела кровь из пореза. Это произвело отрезвляющий эффект. Девушка отшатнулась на ватных ногах. «Не смей бежать! Только не беги и не реви!» - чувствуя, как холод страха снова начинает сковывать тело, а на глазах наворачиваются слезы, приказала себе Элоди. Что ж она сама себя загнала в подобную ситуации, так что жаловаться на судьбу и посыпать голову пеплом уже было поздно.
Только Кастелли попыталась выбраться из пучины отчаянья и найти выход, как увидела, что оборотень снова прыгает на неё. Дальше сработали больше рефлексы, чем голова. Девушка вскинула палочку и направила струю воды на нападавшего, пытаясь хотя бы сбить его с траектории прыжка.
- Нет! Только не кусай! – закричала она, отшатываясь, понимая какие будут последствия. Даже если её семья слывет трусами и находится в упадке, даже если дом местами кажется заброшенным, но лучше это, чем жизнь оборотней, которую она увидела во время похищения.
-Хотите поиграть напоследок?! Убить просто так, потому что я Кастелли? Что я вам сделал, что бы такое заслужить? Просто родилась не в той семье? У вас вроде новая семья, так возвращайтесь к ней. Зачем вам сейчас это все? – срывающимся голосом обратилась к нападавшему Элоди, обводя рукой темный дом. «Не бежать. Не плакать. Тянуть время. Разговорить» - повторяя про себя как мантру, думала девушка. У неё было бы больше шансов в доме и то процента 2, наверно. Но сейчас об этом даже думать было поздно, до здания ей добраться не дадут, да и в драки она долго не продержится, пока дяде не надоест с ней играть. Оставалось только одно, тянуть время и искать точки воздействия.
Она понимала, что может нажать и на больную тему и тогда смерть будет точно мучительной, но приходилось рисковать, ради жизни люди совершали куда большие глупости. «Господи, а порез!? Я же не зарожусь? Это ведь всего лишь царапина, да?» - снова заметив место пореза, запоздало подумала Кастелли, чувствуя, как вся кровь отлила от лица и теперь пульсирует на месте пореза. Ноги снова начали предательски подкашиваться.

+4

7

Родственничек и его мерзкий отпрыск. Ужасающая картина. Соплячка, а его кровь в том числе. Его бы вырвало на эту безвкусную лужайку, но он не хотел прощаться с завтраком. Поэтому только сглотнул слюну. Хотелось порвать ее на части, все равно гнилая порода. Ублюдок брат в состоянии плодить только деградацию, а Лиам от такого родства не был в восторге в принципе.
- Определись, как обращаться ко мне, - он рыкнул, смешное дитя, очень смешное. Подумать только, у нее нет и правда, ничего, что он мог бы отобрать. Только жизнь. Нет, еще женская честь, но это мерзко, все-таки племянница. Грязные мысли посещали его часто, он оценил внешность девочки, мог бы отдать ее стае, и потом обратить в оборотня, вернуть брату и смотреть, как он выгоняет родную дочь, но нечто похожее на совесть и жалость все не ушло из него до конца. Дитетко обращалось то официально, то говорила с ним так, словно хорошо его знала. Только Кастелли знал, брат не стал бы говорить девочке о нем. Оборотни презренны даже для предателей крови, но они ничем не лучше. Если смотреть на эту ступень. Волки это санитары, они отбирают слабых и дают им силу, когда это требуется. Он уже чувствовал азарт, но племянница вопила, орала. Истеричка же. Он бы, рассмеялся, но только снова издал рык. Он может убить ее, уничтожить и раскидать кусочки по земле, украсить елку, ведь скоро уже праздник. Она спрашивала, почему. О, он бы мог рассказать, и обычно не был против поговорить, но только оставил еще одну царапину, быстро перемещаясь, пока не уложил малявку на землю, нависая над ней практически вплотную. Он долго смотрел в лицо девочки, хотел чтобы она кричала громче. Это его радовало. Оголив клыки, Лиам склонился, делая фальшивое движение, словно собирался укусить, но остановился, теперь отпихивая жертву в сторону. Слишком просто, не интересно.
Отходя в сторону, он взял мантию в зубы, скрылся на время из виду, принимая облик человека.
- А знаешь ли ты что-то о своей семье? – жизнь в мерзости лжи и пакости собственного отца. Какая же паскудная судьба, однако. Маги, волшебники, все это настолько отвращало, что Скабиор сплюнул, издавая рык. В голове не оседала мысль, что это реально когда-то был и его дом.
- Ты гонишь меня из моего дома? Я родился и вырос здесь, девочка. У меня намного больше прав, чем у тебя, - это ведь, правда. Он может сделать многое, - Обрисую перспективу. Я могу убить тебя, но скучно делать это. Я могу убить твоего отца, моего брата, и тогда, являясь единственным наследником, я просто оставлю тебя и твою мать на улице. Ты останешься жива только для того, чтобы рассказать все моему брату. Он пожалеет, что когда-то избавился от меня, я лишь верну долг, - даже если он сделает Элоди оборотнем, его это не удовлетворит, не сделает чести или радости. Первое вообще мало интересно для волка, второе же можно растянуть. Смаковать, да. правильное слово, чтобы описать восторг, которые его переполнять будет, когда мразь умрет, лишенный всего и знающий, какой будет жизнь его семьи. из-за одной ошибки. Лиам не простит. В оборотнях он нашел больше родства, чем от родной крови. Кровь ничего не значит, но его действия не горечь, это азарт, волчий. Никогда он не оставляет врага жить, если может убить. Но, иногда он не трогает щенков. Элоди. Это щенок, малявка, нет от нее ничего дурного, а польза очень даже может быть. Он прошелся по дорожке. Все еще смотря на девочку и усмехнулся.
- Ничего ты не знаешь, проблемы твоего воспитания я могу восполнить очень быстро, - он прошипел эту фразу, вложив всю ненависть к этой фамилии. К собственной фамилии, он ведь когда-то гордился, был доволен жизнью, а теперь считал, что все эти бантики не зря были с его плеч сброшены. Он свободен.

+1


Вы здесь » Hogwarts and the Game with the Death » Магический Лондон » Семейные встречи